Главная | Русский Шарм-Эль-Шейх | России присудили антинобелевскую премию

Кузнечик потянул к нему передние лапки.

Длинные, ухоженные ногти, покрытые кроваво-ярким лаком, коснулись его горла, но не сделали больно, а лишь пощекотали кожу, будто лаская.
— Хочешь, я тебя поцелую? — спросил кузнечик печальным и шершавым, таящим в себе как невысказанную злобу, так и неудовлетворенную страсть, голосом андрогина.
Ho тут Фата-Моргана зазвонила в колокольчик. Кузнечик отпрянул и растворился в воздухе, колокольчик же все звонил и звонил, солнце покачивалось над гладью моря, и, будто услышав этот мелодичный и настойчивый призыв, на берег стали выползать совсем уж несусветные твари.
Здесь были ехидны с глазами, лишенными ресниц, но зато умеющие прикрывать их плотными, кожаными наростами.
Какие-то диковатого и непристойного вида ящерицы с длинными, раздвоенными на конце языками.
Осьминогообразные существа, вот только с человеческими и отчего-то абсолютно лысыми головами, будто так и родившиеся — со сморщенной, темной, блестящей, будто отлакированной, кожей на голове.
Моргана опять зазвонила в колокольчик. «Пастушка и стадо!» — подумал Атлантидов.
Звук вдруг стал хрустальным, серебряным, нежным, как пение флейты. Твари исчезли, будто их и не было. Моргана стояла перед Атлантидовым и смотрела куда-то вдаль, явно не замечая его. Да и кто он такой для нее, этой то ли просто волшебницы, то ли вдобавок еще и старшей сестры того самого Артура, что был некогда великим королем, а потом, после смерти, перенесен на мифический остров Авалон. И сделала это она, фея Моргана!
«На берегу реки благословленной сидели мы и, вспоминая Авалон, заплакали. В руках остались сломанные шпаги, щиты развесили мы по деревьям. Разрушены серебряные башни, утоплены в потоках крови замки. Так сколько миль до Авалона? И все, и ни одной».
Слова прозвучали в его голове и испарились, как незадолго до этого испарились и твари. Как вдруг взяла да испарилась и сама фея Моргана, будто ее никогда и не было, только вот откуда тогда на лежаке, рядом с так и не открытым ноутбуком, взялся маленький колокольчик серебристого цвета, весь покрытый странными, руническими письменами?
По-кельтски Атлантидов читать так и не выучился, хотя нравились ему те влажные и ветряные места, Шотландия, Ирландия, да и некоторые графства Англии тоже ведь имеют свою прелесть.
«Что это было? — подумал он. — Бегство? Или исход?»
Первого душа Платона Тимеевича не принимала никогда. He был он сторонником эскапизма, хотя бы из тех прагматических жизненных устремлений, что были ему не чужды, несмотря на весь, временами даже высокий, идеализм.

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
19 + 1 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
Резиновая лодка Лисичанка "Чайка". Полутораместная
Резиновая лодка Лисичанка "Чайка". Полутораместная

Случайное фото

Удэгейцы