Главная | Лучшие годы нашей жизни | Котинро - 1973-1980 гг.

на Озерновском наблюдательном пункте

Многие годы, до М. М. Селифонова, на Озерновском наблюдательном пункте работала Тамара Васильевна Егорова, которая более 20 лет изучала нерку р. Озерной.
Это была крупная, красивая, веселая и слегка взбалмошная женщина. К моему появлению на пункте она уже занималась биологией нерки и горбуши р. Большой. На всю жизнь у нас с ней сложились хорошие приятельские взаимоотношения. Т. В. олицетворяла живую легенду Курильского озера. В честь нее одну гору в районе озера жители даже стали называть «Томкина грудь», а точнее - «Томкина сиська».
Как в общих чертах рассказала Т. В., в 1960-х гг. она находилась в гражданских супружеских отношениях в Александром Алексеевичем Мусатовым, работавшим на пункте мотористом дори (деревянной шлюпки со стационарным мотором). Позже А. А. Мусатов полюбил Нину Алексеевну Симонову и ушел к ней навсегда. Т. В. рассказывала, что ему в дорогу, когда он уходил, она перегладила все рубашки и зла на него не помнит. Насколько понимаю, Т. В. в нашем институте почти ни на кого зла не держала. Обижалась за что-то только на Б. Б. Вронского.
В первые годы моей работы в КоТИНРО Т. В. иногда приглашала меня к себе домой, жарила баранину с луком и кормила. В это время она несколько лет уже жила с Юрой (не знаю его фамилии), который работал баянистом в каком-то хоре. Он любил выпить. Вскоре Юра умер и Т. В. осталась одна.
В начале 1970-х гг. Тамару Васильевну с оз. Курильского «ушли», и затем она почти 10 лет занималась лососями р. Большой. Там нашла связи между динамикой захода лососей в р. Большую и приливно-отливными явлениями (в зависимости от фаз Луны). На коллоквиумах, при защите годовых отчетов, на некоторые вопросы она отвечала: «Что мне вам объяснять, все равно вы ничего не понимаете». Естественно, это не нравилось: все-таки у нас научный институт и правила игры надо соблюдать всем.
Помню ее в начале сентября 1994 г. на банкете в КоТИНРО по поводу защиты моей докторской диссертации. Она, как всегда, веселилась. Танцевала и целовалась с М. М. Селифоновым. Я очень счастлив, что успел заснять ее на видео такой, какой она предстала тогда - пожилой, но статной и красивой.
Знаю, что в молодости, когда американский ихтиолог, высокий норвежец д-р Оле Матисен приезжал в СССР, у нее с ним был роман. Ренди (жене Оле Матисена), тогда пришлось какое-то время попереживать.
Осенью 1993 г. Оле Матисен приезжал на Камчатку и ходил к Т. В. в гости. Меня она тогда тоже пригласила.
Пришла еще одна женщина (работник радио), подруга хозяйки. Мы вчетвером просидели целый вечер вместе. Смотрел на Т. В. и Оле, оба они были какие-то грустные... но Т. В. заметно веселее.
***
В КоТНИРО всегда имелись проблемы с персоналом, живущим на наблюдательных пунктах. По статусу на пункте научные сотрудники и технический персонал должны проживать круглогодично. Два-три раза в год специалисты с пунктов приезжали в институт для защиты научных отчетов и решения вопросов по материально-техническому обеспечению. Зимой на пунктах жить никто не хотел, и они оставались, часто значительное время, только под присмотром технического персонала. Обычно одного-двух человек.
С отъездом (бегством) «научников» оставшийся контингент потихоньку «сматывался» в ближайший поселок (связи с институтом ведь нет), чтобы вкусить блага цивилизации. Часто на некоторых наблюдательных пунктах неделями и даже месяцами не было людей. Поэтому люди, которые действительно зимовали на пунктах, очень ценились. Таким и являлся Петр Васильевич Андриенко, муж Майи Вольдемаровны Добрыниной, младшего научного сотрудника КоТИНРО. Многие годы она занималась изучением горбуши р. Утки. В начале 1970-х гг. М. В. уехала в Москву, и П. В. остался один на пункте.
В конце сентября 1974 г., по заданию заведующего лабораторией лососевых рыб Б. Б. Вронского, я в авральном порядке «ездил» на р. Утку: прошел пешком от Усть-Большерецка до Уткинского наблюдательного пункта - около 50 км. В дороге на берегу р. Митоги заночевал - ждал отлива. По пути на прибойке Охотского моря собирал прозрачные камни-халцедоны (их встречалось немного - один на 2 км).
Б. Б. отправил меня в командировку на пункт с целью надзора за материальными ценностями, хранившимися там от разграбления. Заведующего на пункте тогда не было вообще. Проживший там многие годы П. В. имел проблемы с семьей, уволился и находился сейчас в Ленинграде. Рабочий пункта Северин Николаевич Бречалов отсутствовал, удалившись в неизвестном направлении.
Очень хорошо помню, как в прекрасный сентябрьский солнечный день сидел один на берегу р. Утки и крутил на патефоне граммофонные пластинки «78 оборотов/мин», которые (без пакетов) наполняли деревянный ящик из-под сливочного масла. В нем в основном находились лирические песни и марши 1940-1960-х гг.
Читать было нечего. Нашел в совершенно пустом бывшем доме Ростислава Саввича Семко всего одну книгу: какую-то испанскую пьесу писателя XVII в. Прочитал ее с большим трудом (такая она была нудная). Ставил на прокорм в речке сетку. Хорошо ловился кижуч.
Через неделю появился рабочий пункта, беглый С. Н. Бречалов. Он в первый же вечер напек булок. После черствого хлеба это показалось очень вкусным. Моя миссия завершилась. До Усть-Большерецка также возвращался пешком. В конце сентября вернулся в Петропавловск.
В октябре-ноябре периодически летал с А. Г. Остроумовым из Петропавловска на вертолете Ми-4 в долину р. Камчатки и другие районы. Иногда возникали непредвиденные ситуации. Так, накануне праздника Великой Октябрьской социалистической революции, 3 ноября 1974 г., после обеда получил задание от Б. Б. отвезти снегоход «Лайка» на оз. Курильское.
В чем находился на работе, в том и полетел. Выгрузили снегоход. Пилоты сказали, что могу пока попить чаю, а они залетят на полчаса на Паужетку и затем заберут меня в город. Их вызвали на санзадание.
Больше вертолета я не видел. Прождали двое суток. М. М. Селифонов сказал, что из пос. Озерновского в Усть-Большерецк идет попутный вездеход и «сотрудника КоТИНРО» на него возьмут. Маргарита Федоровна дала рубашку мужа с длинными рукавами и телогрейку - утеплила.
На пунктовской машине ЗИЛ-157 меня доставили в Озерную, откуда на следующий день выехали в Усть-Большерецк.
Документов с собой у меня не имелось, и в поселковом отделении милиции на основе свидетельских показаний мне выдали справку, что я - это я. Когда проезжали пограничную заставу в устье р. Большой, то этой справке пограничники очень удивились, но пропустили. С тех пор всегда стал с собой носить документы.
В Усть-Большерецк прибыли уже ночью - в 23 часа. В местной гостинице попытался найти шоферов, уезжавших в ближайшее время в Петропавловск. Нашлись две машины-самосвала. В час ночи 6 ноября мы выехали двумя машинами.

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
1 + 0 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
Резиновая лодка Лисичанка "Чайка". Полутораместная
Резиновая лодка Лисичанка "Чайка". Полутораместная

Случайное фото

Удэгейцы