Главная | Записки охотника, грибника и рыболова

Платформа — 53 км

В семи верстах от Хотынца,
Грибами полнятся леса.
Всем горожанам шлет привет —
Пятьдесят третий километр!

Летом и осенью, в жару и холод едут на 53 км орловцы и брянцы. И никогда не уезжают пустыми. Леса окрест богаты грибами, клубникой и земляникой. Завсегда вдоволь можно набрать: спелого шиповника, яблок и груш. Всевозможных сортов боярышника так много, что можно аптечный завод открывать.
Тут, на платформе, я познакомился с выпускником Орловского Университета искусств и культуры Виктором Евгеньевичем Хомяковым. По моему совету он посетил березовые рощи, что располагались в направлении автотрассы «Орел — Брянск». И не зря — его вместительная корзина до верху была наполнена белыми грибами. Удачливый грибник не преминул поблагодарить меня за доброе напутствие.
— Спасибо, что не обманул, — серьезно говорил Виктор, — ведь подшутить над конкурентом много охотников. Наговорят, на-рисуют небыль яркими красками, а на поверку — пустой прожект.
— Лгать — не мое амплуа, — отозвался я, — ибо верил в удачу. На то у меня были веские основания — днем ранее в тех местах повезло и мне.
— Тогда понятно, — Хомяков расплылся в счастливой улыбке.
С Леонидом Павловичем Цукановым мы приехали на 53-й, чтобы проведать дальние леса. Они располагаются в направлении села Меловое, где я года три назад, промозглой осенней порою, заблудился и вышел, аж, к станции Шахово, что от платформы — 53 находится в 9 километрах. Вряд ли пошутишь, что семь верст
— не крюк. Мой крюк составил не менее четверти сотни верст под беспрестанно льющимся дождем и холодным, пронизывающим ветром. Продрог так, что едва смог согреться у теплой батареи станции. Теперь таковая закрыта для пассажиров. Повторись подобный блуд сегодня, можно вообще замерзнуть в ожидании редких поездов.
Правда, на этот раз, нам с Леонидом Павловичем повезло. Осенний день выдался, на редкость, теплым и солнечным. Наш путь проходил по сухой, торной дороге, а потому мы быстренько отмахали три — четыре версты и ринулись в первый попавшийся лог. По обыкновению, мы шли параллельно по противоположным сторонам оврага, дабы не мешать друг другу. Опята не радовали нас своим урожаем. В основном все они были с крупными, изъеденными лизунами, шляпками. Выбирали, что свежее и пристойнее, складывая их в корзины.
Мой приятель, как истинный следопыт, успевал обследовать все ближайшие пни, нарезая по склонам то круги, то зигзаги. При этом вел спокойную, вроде не брала его усталость, беседу.
— Сюда я изредка наведывался с женою, — в его голосе послышалась неприкрытая грусть, — когда она была еще здорова. Шесть лет прошло, как ее не стало. Живу один, как перст. Тоска заедает. Правда, две дочки да пятеро внуков согревают душу. Но живут они отдельно. Приходят, навещают, радуют. Бываю с гостинцами и я у них.
— Но тебе же едва за 60. Ты еще свеж и здоров, — серьезно замечаю я, — мог бы еще себе новую половинку отыскать.
— Ха-ха-ха! — засмеялся он, — кандидаток на замещение свободной вакансии жены достаточно, да только все не то.
— Как?
— Все они грезят лишь материальными категориями. Что им нужно от меня? Тепло общения, радость совместного труда? Как бы не так. Им подавай права на квартиру, на мою пенсию. А что я внукам оставлю после себя — это им не интересно.
— Понятно, — соглашаюсь я, — не спроста грибники — сестры Рая и Зина толковали мне, что ты жестокосерден к своим поклонницам.
— Не жестокосерден, а объективен. Не отрекаются, любя. Я же, выходит, однолюб. Не могу свою благоверную забыть. Вот тут, среди высоких берез мы с нею два лукошка одних только белых насобирали. Вон, видишь пологий овраг? Близ него много растет лисичек. И тогда нам подфартило — желтоглазыми красавицами заполнили ведро и корзину. Подберезовиков заготавливали в избытке, жаль лишь, что они портятся быстро. Рядом с нею — и лес был светлее, и цветы ярче, и грибов гуще.
Обследовав, один за другим, пять — шесть логов и мало чего набрав, мы решили перейти в дальний противоположный лес. Добирались до него, минуя три поля и несколько перелесков. Наконец, усталые, все в колючках и репейниках, достигли заветной цели. Неподалеку от одинокой избушки в сыром овраге наткнулись на грибную поляну. И пошла работа. Опята — веселые ребята. Они быстренько, под нашими руками и ножами, забегали к нам в лукошко. Правда, огорчали конкуренты. Не столько тем, что они сокращали наши возможности по сбору даров, а больше своими беспрерывными перекличками и ауканьями. «Тихая охота», она же предполагает покой и звонкую тишину. Громкие же крики нарушают дивную гармонию леса.
Затоваривши корзины, сумки и рюкзаки мы поднялись из лога вверх. Цуканов, осмотревшись, указывая на линию электропередач, сказал:
— Теперь я поведу тебя кратчайшим путем к остановочной платформе.
— Но только не как Иван Сусанин! — пошутил я.
— Не дрейфи, не заблудимся, здесь каждая тропка до боли моя — все исхожено-перехожено. Берем прямой курс, вон на тот одинокий столб, там будет хорошая дорога. Вперед и с песнями.
— Ты все шутишь, а у меня уже плечи и руки затекли.
— Крепись, казак, атаманом будешь! Когда мы совсем уже вышли из леса, Леонид приказал:
— Стоп. Снимай рюкзак. Бери пакет, идем со мною.
— Это куда и зачем?
— На опушке, видишь, одинокая груша стоит?
— Ну и что? Наверняка, дикарка — плод не укусишь! Обой-дусь.
— А зря отказываешься. Отдыхай пока, я один сбегаю.
Не прошло и пяти минут, как Цуканов принес целый ворох коричневых груш.
— Держи, — протянул он мне пакет, — и жену угостишь, и свою любимую внучку. Если память не изменяет, то ее Настенькой зовут.
— Точно так, — подтвердил я, и вдоволь насладившись ароматно-сладким вкусом спелых плодов, добавил, — спасибо, Павлович, Настя и впрямь будет довольна — великолепные груши.

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
7 + 4 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
Надувная резиновая лодка «Лисичанка» - ЯЗЬ
Надувная резиновая лодка «Лисичанка» - ЯЗЬ

Случайное фото

Рыбалка в Норвегии