Главная | Записки охотника, грибника и рыболова | Петр КОЗИН

Почему на физическом отделении?

Ларчик открывался просто: организатор мероприятия Дергунов некогда работал здесь преподавателем физики, а потому ему легче было договориться со знакомым деканом о помещении.
Прибыли в назначенный срок.

На асфальтированной дорожке, что затенялась от солнца мощными шапками каштанов и орешника, стояла группа старых знакомцев. Сам редактор — организатор Дергунов, ростовский писатель, он же преподаватель института усовершенствования учителей Юрий Николаевич Круглов, кандидат технических наук, он же и поэт Владимир Александрович Морозов. Обменявшись объятиями и дружескими рукопожатиями, вошли в аудиторию, заставленную физическими приборами. Со стен зала на нас смотрели лики великих химиков, физиков и механиков. И не нашлось среди них ни одного портрета стоящего литератора.
Итак, нас оказалось всего семь человек. Правда, к нам время от времени заглядывали в кабинет работающие здесь три-четыре сотрудника. Стоя или сидя слушали.
Время от времени выходили и возвращались вновь. В целом же активного участия в обсуждении не принимали.
В своем выступлении я подробно изложил композицию, идею, тему книги. Как мог, раскрыл образы моих героев. Автор критической статьи «Донских сказаний волшебство» Сергей Иванович Шмелев рассказал о воплощении в «Донских тетрадях» моих творческих замыслов. Вскрыл синтез исторических сведений и настоящей действительности, лежащих в основе содержания донских новелл.
Николай Дергунов передал мне свой паспорт, коим подтверждалось, что он родился в станице Багаевской, которую я дважды посетил. И очень посетовал, что в знак этого факта, в книге не помещена его фотография.
— Видит Бог, не знал, — признался я, и как бы в оправдание, сказал: «А вот в книге «Мои современники» я дал ваш портрет.
— Где, покажи!?
— Вот она, — протянул ему увесистый сборник на раскрытой в нужном месте странице.
— Это хорошо. Книгу забираю с собой. Что касается «Донских тетрадей», то я прочел её; она написана хорошо, современно. Хотя в них содержится не мало исторических сведений и об истории донского казачества. Особенно мне понравилась поэма «Казаки». Чувствуется, что автор глубоко усвоил эту тему. Отрывки из неё и ряд новелл постараемся опубликовать в «Казачьем Спасе».
Писатель Юрий Круглов также дал положительную оценку моему сборнику новелл. Выразил удовлетворение тем, что в основе поэмы «Казаки» лежит его научно-художественная монография «Многоликий мир казачества»
— Я постараюсь, — заверил присутствующих Юрий Николаевич, — дать на страницах Интернета, после тщательного изучения, специально подготовленную статью — анализ на книгу «Донские тетради» писателя Петра Козина. Жаль лишь, что она вышла малым тиражом.
«Физик и лирик» Владимир Александрович Морозов, не мудрствуя лукаво, сказал:
— Петр Дмитриевич, безусловно, человек талантливый. Его «Донские тетради» — это замечательный подарок не только нам, кто его хорошо знает, но и всем труженикам великого Дона. За это, верю, казаки его никогда не забудут.
Присутствующий на презентации Олесь не успевал переводить взгляды с одного на другого оратора. Юноша, словно губка, впитывал в себе содержание их выступлений. Как видно, тема донского казачества его интересовала не менее серьезно, чем взрослых.
Борисов — старший речей не произносил. Он был занят своим любимым делом: запечатлевал историю свершившегося события фото — фактом.

После окончания официальной презентации, по предложению редактора Дергунова, мы решили продолжить её в неофициальной обстановке. Кафе же, в которое мы направились, оказалось закрытым, а потому согласились с Александром Михайловичем, что малое торжество он может обеспечить в личной квартире.
Широта славянской души Николая Николаевича не знает границ. Он, при пенсии в 30 тыс. руб., никогда не жалел для друзей личных средств; выпить для него, как для русского человека
— святое дело. Борисов, напротив, хмельным зельем не увлекался. Отсюда, порою и возникали противоречия. Вот и сейчас, есаул с полковником затеяли жаркий спор на извечную тему: «Кому на Руси жить хорошо и кто в ней должен княжити?».

Предприимчивый же писатель Юрий Николаевич Круглов пытался убедить меня, что нет ничего предосудительного в том, что я, как автор обязан, по его личному примеру, научиться продавать свои книги.
— Стесняться тут нечего, — наставлял он, — это твой труд. Написать и издать — полдела, реализовать, как товар, куда важнее. Я тысячами реализую свои книги, а у тебя какие-то скромные сотни. И еще. Я собирался наведаться в Орел, чтобы побывать в Спасском и музее И. С. Тургенева. Принять участие в научной конференции. Да все недосуг.
— Надумаете, то позвоните. Встретим, — пообещал Шмелёв.
— Спасибо.
Один только богатырь Морозов ни с кем не спорил, ничего не просил и никого не наставлял. Он, лишь застенчиво, по-доброму, улыбался; таков его русский характер.
В одном из номеров «Казачьего спаса» появилось сообщение о прошедшей 12 сентября 2011 года в ЮФУ презентации книги П. Д. Козина «Донские тетради». Читатели уведомлялись, что подробности этого события будут изложены в следующем номере. Он же, полгода с сентября 2011 до марта 2012, когда я пишу эти строки, к общему огорчению моих друзей, так и не вышел в свет. Видимо, занедужил редактор.
Таким видится Дон с крутого обрыва на котором стоит усадьба М. А. Шолохова
охота и рыбалка
О, Вёшки! Шолоховский край!

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
3 + 0 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
Одноместная гребная B 190
Одноместная гребная B 190

Случайное фото

Удэгейцы