Главная | Восполняя белые пятна | Впрочем, вернусь к самому походу

Следуя по реке Корякской

Следуя по реке Корякской, казаки, через пологий и низкий (около 380 метров) перевал, вышли к реке Большой (Плотниковой). А затем, по тропе, проходящей мимо озера Начикинского (урез воды которого находится на высоте 348,8 метра), проследовали к реке Сарайной. Так как, во-первых: «Путь из бассейна реки Начики в бассейн реки Банной в этом направлении не требует подъёма на перевал, а только спуска долиной Сарайной реки» . И так как, во-вторых, перевал между реками Уздач и Халзан, через который проходила ещё одна тропа от Начикинского острожка к Апачинскому острожку, по причине своей довольно большой — 668 метров — высоты, уже был засыпан снегом.

По долине реки Сарайной отряд вышел в долину реки Банной в 25—26 километрах ниже Большебанных горячих источников. Откуда, подчеркну, до реки Большой казакам оставалось пройти всего 24—25 километров. Подчёркиваю же я это обстоятельство потому, что казаки, достигнув реки Банной, никак не могли последовать вверх по ней в обратном от их общего маршрута направлении. Тем более не могли, что в верховьях реки Банной к тому времени уже лежал глубокий снег, а тропы к этим источникам не было, так как ительмены обычно обходили горячие источники, почитая их обиталищем злых духов — гамулов.
«Ительмены боятся как всех высоких гор вообще, так в особенности — гор дымящихся и огнедышащих, а также всех горячих ключей, — пишет Г. Стеллер по этому поводу, — поэтому-то, будучи проводниками, они и избирают путь по самым опасным местам, то есть по косым горам, исключительно с целью не проходить поблизости от того, что страшит их: они твёрдо верят, что в таких местах и поблизости от них живут духи, так называемые “гамулы” (“камулы”). Известны примеры, когда ительмены охотно отдавали всё, что имели, лишь бы откупиться от обязанности быть проводниками; если же случилось, что от них настойчиво требовали исполнения этой обязанности, то они вскоре после этого умирали со страху перед измышлением своего воображения» .
Вот тут-то и наступил самый, пожалуй, острый момент во всём нашем повествовании. В том смысле, самый острый, что все приводимые выше подробности, как и многочисленные отступления по поводу физико-географический условий того времени, лишают предположение Б. П. Полевого об открытии казаками отряда Р. Преснецова Большебанных горячих источников всяческого смысла. Не слишком ли громко сказано? Отнюдь.
Дело в том, что сам историк по этому поводу пишет так: «Выяснилось, что ещё 24 декабря 1707 г. в Якутске, при воеводе Ю. Ф. Шишкине были записаны рассказы трёх якутских казаков, которым довелось побывать на полуострове Камчатке. Один из них — казак Родион Преснецов — и смог первым из русских сообщить о нескольких открытых им гейзерах. Приводим этот интереснейший рассказ по копии, снятой в Якутске в 1737 г. для историка Сибири Г. Ф. Миллера» .

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
4 + 8 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
Кресло в лодку
Кресло в лодку

Случайное фото

Рыбалка в Норвегии