Главная | Восполняя белые пятна | Ликвидаторы

В 1923 г. приехал отряд под командой Чубарова и комиссара Чернова

Бочкарёв в это время был в Наяхане, так как уже было известно, что белая власть пала и идёт отряд. Отряд остановился у нас и, пробыв до вечера, они уехали в Гижигу (мы жили в д. Левчике в 25 верстах от Гижиги) и сказали, что, когда приедет мой муж (его дома не было), пусть едет вслед за ними в Гижигу. По приезде мой муж, не выпрягая собак, поехал вслед за ними.

Через два-три дня он прислал нарту, которая была вся в крови, и привезший нарту рассказывал, что Плотников на нарте возил убитых белых в бухту и его приняли в отряд. После отъезда он вскоре приехал за нами сказал, что он поступил на службу в уезд-ревком». Один из свидетелей по делу Плотникова заявил, будто он слышал, как его жена Анисья, сестра Павла Трифоновича Новограбленова, упрекала Дмитрия Сергеевича: «Ты везде подлизываешься и к белым, и к красным, в Гижиге помогал Бочкарёву, вместе с ним пьянствовал».

Плотников подтвердил, что ему предлагали служить у Бочкарёва, но приглашение исходило не от него самого, а от генерала Полякова: «Вы — бывший офицер, и вам довольно есть юколу и нерпичий жир и должны служить у нас в отряде». На допросе 1932 г. Д. С. Плотников процитировал Бочкарёва, сказавшего своей жене в присутствии их прислуги: «Пора нам убираться, красные уже в Тигиле». И тут же, якобы, «дал распоряжение Головко — мотористу разморозить моторы радио и повалить мачты», но тот, по моему научению, добавил Плотников, произвёл лишь «обманный вред» станции. «Ерохин проверять ходил, но в моторах ничего не понял. Эта станция по приходе Красной Армии в Гижигу и Наяхан заработала через день».

«Итак, — продолжал Д. С. Плотников, — в апреле 1923 г. власть Бочкарёва пала. Пришла Красная Армия и уничтожила всё старое. Тов. военком Чернов и Чубаров послали меня с двумя камчадалами догонять убежавших двоих бочкарёвцев, но, проехав вёрст 450, мы их не догнали, а велели тунгусам их поймать, что и было сделано, они были после доставлены, а мы для красного отряда привезли пудов 45 муки, брошенной бочкарёвцами вёрст за четыреста от Гижиги. Во время прихода Красной Армии и Партизан я также был принят в число партизан отряда по взятии Наяхана и охраны Гижиги. 27 апреля 1923 г., по хорошему отзыву т. Военкома Чернова был уездным съездом выбран в члены Гижигинского уревкома на должность зав. общим отделом».
Председателем уездного ревкома стал Чернов Андрей Дмитриевич, 1901 г. р., русский, из крестьян Енисейской губернии, образование два класса; у красных окончил трёхмесячные дивизионные военно-политические курсы. Член компартии с 1920 г.
В 1970-е гг. уже упоминавшийся Б. А. Леванов показывал пожелтевший групповой снимок красноармейцев (его копия хранится в фотофондах ГАКК). В центре — Чернов, рядом простоволосая женщина в длинном платье, положившая руки ему на плечи. Леванов полагал, что это бывшая жена Бочкарёва. — Чубаров,— говорил он, — которого я вёз на судне в Петропавловск, мне рассказывал, что он, хотя и не имеет права вмешиваться в личную жизнь своего боевого товарища, но связь эту не одобряет. В жизни всякое случается, но есть вещи, с которыми нельзя мириться. Из-за смерти Сергея Лазо (будто бы есаул собственноручно бросил его в паровозную топку) он считал всё окружение Бочкарёва зверьём. По мнению Б. А. Леванова, намереваясь перейти через границу в Америку, начальник СЭО не отпускал от себя жену, «которая, судя по всему, мучилась, видя несметные зверства мужа».
Однако на том снимке другая женщина. «Чернов А. Д., — писал П. Г. Козлов, — женился на пленной (у Парамона Григорьевича рука не поднялась написать «жене». — В. П.) капитана Грундульса». О другом снимке 1923 г. он скажет: «Снят на фото Чернов А. Д. в кавказском костюме, надо полагать, полковника Шевчунаса, так как Бочкарёв был пленён в кожаной, подбитой рысью полушубке, и при описании его вещей. национальных костюмов не было.»
C. С. Малькова, супруга сослуживца Чернова, встречала его в 1930-е гг. дважды. В последний раз, когда «он ехал с семьёй, получив назначение в бухту Нагаево. Вначале он пришёл один, потом с женой и сыном, сыну было, наверное, лет шесть, тоже в морской детской форме и вылитый в отца. Жена его была старше (жена. бывшего белогвардейского офицера, убитого чуть ли не самим А. Черновым, у неё был сын от первого мужа). Чернов был толковый, умный, жизнерадостный, жизнелюб».
Они с женой Лидией (урождённой Алексеевой, дочерью владивостокского портового рабочего) родили троих детей: Марата 2 июня
1925 г., Геральда 7 ноября 1926 г. и Вадима 15 января 1932 г. Старший сын, фронтовик, умер от ран в Чехословакии 3 мая 1945-го. О совместном ребёнке Лидии Павловны и капитана Грундульса сведений нет.
П. Г. Козлов вплоть до демобилизации в 1925 г. «служил там же, на севере, в органах ОГПУ», как он сам указывает в одном из писем Р. Юшину. Но своё зачисление в это учреждение в качестве сотрудника для особых поручений относит к приезду в декабре 1923 г. нового уполномоченного по Гижигинскому уезду Осипского. А до того, мол, состоял делопроизводителем при комиссаре военкомата Чернове. Между прочим, в служебной автобиографии самого А. Д. Чернова с 1923 по 1925 г. — пробел: ни слова о военкомате, ни полслова об уездном ревкоме.
Из писем Козлова и архивных документов того времени, невозможно понять, кто же являлся уполномоченным до назначения Осипского, о котором говорилось на том же заседании губбюро
РКП(б), где И. Я. Ломбак доложил о проделках гижигинского начальства, не называя фамилий. Ему поневоле пришлось прибегнуть к конспирации, так как в одной связке с политработником оказался свой брат-чекист. И оба — герои ликвидации «бочкарёвщины». В общем, скандал замяли.

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
2 + 15 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
B-260N Надувная лодка Bark гребная двухместная
B-260N Надувная лодка Bark гребная двухместная

Случайное фото

Катран