Главная | Лучшие годы нашей жизни | Докладная записка

в бассейне оз. Азабачьего

Надо учесть, что все городские ребята, приезжая из Владивостока на Камчатку, в бассейне оз. Азабачьего начинали в режиме «сафари», как такие экспедиции окрестил В. Т. Омельченко.
Почти все были молоды. Романтика дальнего путешествия кружила голову, а принадлежность к академическому клану сулила большие перспективы в научной деятельности: ими руководили еще достаточно молодые, но уже известные и маститые ученые. Казалось, пройдет несколько лет, и каждый из них (сегодня молодых) получит свою первую ученую степень и т. д., пошло-поехало... Все было ново, жутко интересно и многообещающе здорово.
Молодежь сочиняла песни и писала стихи, пила экспедиционный спирт и блевала, занималась археологическими раскопками, влюблялась и расставалась, собирала ягоды и дикоросы, охотилась (в научных целях) на медведей и уток, ловила рыбу - жарила-парила, солила и коптила. В общем, есть что вспомнить. Кстати, все это образно представлено в научно-студенческом фольклоре, представленном ниже.
Экспедиционная жизнь происходила на фоне оживленных разъездов на отечественных лодках типа «Прогресс» (под отечественными же моторами «Вихрь-20» - «Вихрь-30»). А сколько умения надо было иметь, чтобы научиться чинить эти самые моторы. А какая гордость наступала у того, кто сам перебрал мотор, и тот «завелся» с пол-оборота.
Например, я всегда гордился, что мы с Анатолием Ходько в 1976 г. «коленвал» от «Вихря-20» засунули в «Вихрь-25»; сквозную дырку в головке цилиндров заклеили заплаткой из эпоксидки (с алюминиевыми опилками), и на этом «гибриде» я смог со студентом из Ростова проехать 500 км вверх по р. Камчатке, пока мотор окончательно не развалился. Но ведь проехали!!!
Не иронизирую по поводу ребят с «Радуги», т. к. тоже прошел через «сафари» КоТИНРО, но оно у меня выдалось более скромным. Жизнь на Азабачинском пункте протекала не так весело, как на биостанции. С одной стороны, это объясняется отсутствием большого коллектива, а с другой, вероятно, моей склонностью к напряженной работе, в которой я полностью реализовывал себя.
«Хохмить» можно в коллективе, а в одиночку это не получается. Если хохмить не с кем, то надо работать или переводить английские научные статьи на русский. И так каждый день. А как свидетельствуют неписаные законы жизни, трех часов ежедневной работы хватает для того, чтобы сделать всю работу.
Валера и Лида Базаркины, особенно первые несколько лет своей деятельности на Азабачинском пункте, на «Радугу» ездили часто; я - довольно редко (чаще проезжал мимо, махая в приветствии рукой). Потом, с 1982 г., обо мне пошла устойчивая молва, как о «нехорошем человеке», и я, естественно, стал заезжать на станцию только в случае крайней необходимости. Иногда видел, что ребята работают на берегу озера, подъезжал к ним, пил с ними чай, но когда начинал чувствовать, что мешаю им, - ехал дальше.
Единственный человек с биостанции «Радуга», с которым у меня никогда не существовало натянутых отношений, это Валера Паренский. Может быть, оттого, что он занимался поведением рыб и хорошо знал «законы совместного плавания», мы с ним ни разу не конфликтовали.
С Валерой познакомился в 1976 г., когда он с Мишей Ковалевым, после 2-го курса биофака Дальневосточного ГУ, первый раз приехал на практику на Камчатку из Владивостока. Знакомство произошло в домике КоТИНРО на ул. Комсомольской, № 149, на вечеринке по случаю прибытия (убытия) кого-то из студентов или научных сотрудников. Такие «праздники жизни» по этому адресу проходили не реже одного раза в три дня - повод всегда имелся, а все были молоды и счастливы.
Тогда мне запомнилось, как Валера играл на гитаре, и особенно в его исполнении мне нравилась песня «Аэропорт»: «Лечу за борт, лечу за борт - любви своей, любви своей...». Для большинства из присутствующих эта тема являлась очень актуальной и трогала за живое: их во Владивостоке ждали любимые девушки, а они тут, на Камчатке, в самой... Усть-Камчатске...
Неплохие отношения у меня сложились с Сергеем Золотухиным и Мишей Ковалевым. С последним они значительно улучшились, когда я понял, что он действительно пытается разобраться в росте молоди нерки в бассейне оз. Азабачьего. Был предмет для обсуждения. Володя Островский - тот вообще отмахивался от изучения молоди.
Хочу привести несколько образцов наивного «радужного» фольклора (некоторые «кровожадные сцены» сильно преувеличены), который лучше всего раскрывает атмосферу «сафари», царившую многие годы в нижнем течении протоки Азабачьей на биостанции «Радуга». Но что было, то было...

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
4 + 11 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
Резиновая лодка Лисичанка "Чайка". Полутораместная
Резиновая лодка Лисичанка "Чайка". Полутораместная

Случайное фото

Удэгейцы