Главная | Записки охотника, грибника и рыболова | Петр КОЗИН

в знаменитых Вёшках — родине великого художника слова

Ты и в ночи,
Как — светлый май!
Здесь, с Доном венчанный навек,
Жил легендарный человек!

Почти полвека, с достопамятного приглашения, сделанного мне Михаилом Шолоховым летом 1964 года, я мечтал побывать в знаменитых Вёшках — родине великого художника слова. В августе 2010, как о том я писал в «Донских тетрадях», казалось, эта светлая мечта, с подачи журналиста Николая Дергунова, должна была стать явью. Он обещал предоставить нам с Борисовым такую возможность. Но не получилось: казачий полковник задержался в Анапе, где проходил курс лечения у волхва — целителя Владимира Дорофеевича Дубаноса.
Теперь же, а именно 13 сентября 2011, благодаря «белогривому коню» Сергея Ивановича Шмелёва, желаемое обратилось в реальность, ибо известно: желать, значит — мочь!».
Ранней зорькой наш дружный квартет в составе двух Дюма, меня и водителя, покинул уютную, хотя и скромную цитадель, что на улице Р. Зорге и стремительно помчался по сонным проспектам славного Ростова. Путать не пришлось; рядом с шофером сидел надежный гид, знающий все хитросплетения улиц и улочек родного города. Им был наш гостеприимный хозяин Борисов — старший.
Нам было плевать на трусость суеверных англичан, боящихся, как чёрт ладана, цифры под № 13. Для нас день сентября, выпавший на это число, стал самым памятным и счастливым. Правда, проскочив 250 вёрст, уже близ Миллерово — родине профессора Константина Сергеевича Жижина, случилось небольшое приключение. Наш ретивый конь, вопреки дорожным указателям, превысил скорость, за что и был наказан дорожным патрулем. Затем, хотя путь и не был усыпан розами, все прошло без серьезных помех.
От Миллерова, где проходила железнодорожная ветка и автомагистраль «Ростов— Москва», до искомых Вёшек — 150 верст. Дорога, по мнению Сергея Шмелёва, выглядела вьющейся лентой — змейкой. Она вилась по ухабистым буеракам, равнинному безбрежью, по гулким мостам, висящими над многочисленными ручьями и речушками, что поросли густо-зелеными камышами и осокой. Встречных машин было мало, а потому спидометр зашкаливал за сто.
Не доезжая десятка верст до Вешек, увидели указатель «Шолоховский район». Вправо от трассы шла боковая дорога на хутор Кружилинский
— отчую сторонку Михаила Александровича. Именно там, 24 мая 1905 года и родился писатель Шолохов.

От Вёшек до Кружилина — 15 верст. На перекрестье — высился огромный курган, на вершине которого красовался всадник. Внизу была установлена гранитная глыба с надписью: «Казакам Тихого Дона». Мы ознаменовали это священное место своими фотоиллюстрациями. Из сердца так и вырывались слова:
«Прими, красавец «Тихий Дон»,
От скромных путников — поклон!».

Пересекли большой мост, висящий над Доном, и достигли нового перекрестка — эта, влево идущая дорога вела в большую станицу Казанскую, принадлежащую Воронежской губернии, хотя до неё было всего пять километров. У Казанской и Вёшенской станиц — среднее течение Дона. Считается, что отсюда до истока реки — тысяча километров и столько же до впадения Дона в Азовское море.
Вдоволь налюбовавшись с базковского взгорья красотой лесостепи и широкой поймой Дона, долиной и бархатистыми горами с Гетманским шляхом, урочищами и левадами, мы, свернув направо, помчались, в соответствии с указателем в Вёшки.
Все улицы станицы тянутся вдоль высокого берега Дона. А вот за садами и парками, за невысокими домами, устремляется к небу зеленый купол станичного собора. Остановились у ресторана «Дон», рядом с которым помещался кинотеатр. От них — крутая ступенчатая лестница вела к вешенской пристани. Широкая, бетонированная набережная была, во имя безопасности, обрешечена.
— Как проехать к Дому Шолохова? — спросили мы у встречного жителя.
— Так же прямо и езжайте. Увидите указатель, так свернете вправо.
— Далеко?
— Нет. Вёшки — не Москва.

У нас живет столько тысяч людей, сколько в столице миллионов. Не заблудитесь. Дом Шолохова у нас, как в Риме храм Петра — все дороги ведут к нему.
Сергей Иванович ловко вырулил на улицу имени Шолохова. Остановился на противоположной, от Дома писателя, её обочине. Наш веселый квартет высыпал из салона запылившегося за время дальней, в 400 верст езды, «Мерседеса».

По обе стороны металлической калитки невысокий забор. За ним проглядывали зеленые шапки различных кустарников и деревьев. Проходим по чистой дорожке, обрамленной свежевы-беленным бордюром, усыпанной мелким красным гравием. А вот и дом писателя. Он двухэтажный, с небольшими колоннами. Его стены выкрашены в желто-розовый цвет. Если его с натяжкой и можно было принять за особняк купца, даже не первой, а второй гильдии, то уж никак нельзя было именовать «Дворцом Нобелевского лауреата», настолько он невелик, прост и скромен. Совсем соответствует характеру самого донского казака Михайло Шолохова, который великим трудом своим и неиссякаемой волей вышел «в люди».
На дверях — табличка: «Мемориальная усадьба М. А. Шолохова. Режим работы: ежедневно с
9 до 16 часов. Выходной — понедельник»

Подумалось: «Благо, что 13 сентября выпало на вторник. Поспеши днем раньше и не бывать нам тогда в чертогах литературного храма».
По правую сторону от дома груше — яблоневый сад с крупными и сочными плодами. Колонна серебристых елей. Напротив её, под ветвями плакучей ивы, установлен в форме удлиненного квадрата большой мраморный камень. На нём высечено всего одно слово: «Шолохов». Поистине, нужно было обладать мировой известностью, чтобы за одной фамилией разглядеть эпохальную личность. Назовите имя Шолохова и сразу предстанут перед взором: и тихий, вольный Дон, и его славные казаки, схлестнувшиеся в борьбе «За Веру, Царя и Отечество».

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Введите символы с картинки
4 + 2 =
Solve this simple math problem and enter the result. E.g. for 1+3, enter 4.
B-260N Надувная лодка Bark гребная двухместная
B-260N Надувная лодка Bark гребная двухместная

Случайное фото

Рыбалка в Норвегии